Архив Александра Н. Яковлева

Товарищ красноармеец!

Председатель Революционного военного совета Троцкий в телеграмме от 8 мая за № 1493, между прочим, говорит, что в одной из красных армий наблюдается: «...Крайне плохой порядок, массовое дезертирство, самовольный уход с позиций, невыполнение приказов, мародерство, погромы»...

Я знаю еще такие случаи:

«Красноармейцы поддаются антисемитской агитации!»

«Вследствие сильной усталости, недостатка обуви и белья настроение падает... и т.п.»

«Большая часть людей без сапог, которые они побросали во время отступления»...

Товарищ красноармеец! Враг-белогвардеец надвинулся со всех сторон, враг напрягает все силы, враг, пользуясь вышеприведенными нашими недостатками, — теснит нас!

И если теперь же не принять решительных мер против этой разнузданности и распущенности в рядах Красной Армии — «земле и воле» грозит тягчайшее испытание.

Таково мое мнение, так думаю я!

Скажи, красноармеец, как думаешь ты?

Нужно ли с этим бороться, и если нужно, то скажи как?!

Если немедленно не станем с этим бороться, если не возьмем себя и друг друга в руки, то снова осуществятся слова князя Воехотского¹:

Гражданин красноармеец, я спрашиваю тебя от лица революции:

1. Возможны ли в свободной стране, первой в мире социалистической республике антисемитские и погромные агитации?!

2. Возможно ли, чтобы солдаты Красной Армии, носители и защитники идеи равенства и братства, совершали еврейские погромы?!

3. Допустимо ли, что красноармеец, солдат народной армии, отказался идти на позицию и самовольно ее оставлял?!

4. Допустимо ли, чтобы красноармеец в борьбе за свои интересы, в борьбе за землю и волю, за светлое будущее своего потомства и человечества роптал на недостаток обуви, одежды и т.п. лишения, зная, что страна переживает острый кризис во всем?!

И на все эти вопросы у меня и всякого честного гражданина ответ будет один: нет, нет, тысячу раз нет!!

Я знаю, что значит эксплуатация чужого труда, потому что прошел эту жизненную школу, отдавая молодые силы на службу буржуазии за «насущный кусок хлеба». Я получал 1 руб. в месяц, получал 3 руб. в месяц, получал 8 руб., но за это должен был отдавать от 10 до 12 час. в сутки. Я получал 20 руб. в месяц, но за это от меня требовали работы от 15 до 17 час. в сутки.

Вот почему я не хочу согласиться с князем Воехотским, с судьбою, которую он хочет снова навязать моим детям.

Я знаю, товарищи, что значит кабала, что значит быть в молчании, не имея права голоса даже в то время, как на тебя надевают хомут и когда тебе исполняется 22 года. Вот поэтому-то я имею право снова поставить тебе, товарищ красноармеец, следующие вопросы:

1. Прав ли князь Воехотский, что твоя судьба (заключается) в двух словах: «Кровавый труд, кровавая борьба... за крошку хлеба»?

2. Прав ли князь Воехотский, что твой удел: «Безграмотство, беспутство, убожество и чувством, и умом»?

3. Прав ли этот князь, что на тебя нужна снова узда в виде «налогов, труда, рекрутства (солдатчины)»?

4. Прав ли этот князь, что ты больше «водки с дурманом» никакой утехи не знаешь, не можешь понять и пережить?

Я не верю князю Воехотскому! Народ, совершивший величайшую революцию; народ, сбросивший со своих плеч гнет царя, генерала, помещика, капиталиста, попа и кулака, способен и на дальнейшие подвиги героизма и революционной борьбы.

Но!!!

Вот если ты, гражданин красноармеец, это «но» перескочишь — ты перешагнешь тогда все!

Надеюсь и убежден, что это письмо товарищи красноармейцы обсудят в одиночку, обсудят кучками, обсудят взводами и ротами и свои ответы пришлют мне, чтобы я мог судить, как поднять дисциплину в частях и с помощью этой дисциплины совершить такие же подвиги в борьбе с мировой контрреволюцией, какие выпали на мою долю со славною 23-ю пехотною дивизиею на Южном фронте, в какой действительно была железная дисциплина.

Товарищи красноармейцы, сознайте, пора уже сознать, что армия без дисциплины быть не может, что победы совершает не человек, а дисциплина. Пора себя взять в руки и научиться меньше рассуждать, а больше делать, ибо этого в данный момент повелительно требует революция. Теперь не время самоволию, за которым идет рабство. Я уже старый человек, но я согласен, временно, так подчинить себя требованиям дисциплины, чтобы от моего «Я» ничего не оставалось в минуты служебного выполнения долга и боевых приказов. Я знаю, что, лишив себя на время воли и сверхволи, в будущем буду вознагражден за временное самолишение и революционное терпение высшею наградою: действительною свободою, которой никто уже угрожать не будет и которая благословит меня на мирный труд.

Проникнитесь, товарищи красноармейцы, следующими строками:

Жду же, товарищи красноармейцы, ваших честных красных писем и постановлений, как ответа революционному голосу. И как только получу, так начнем ковать ту «железную дисциплину», о какой все чаще и чаще стали говорить наши красные газеты.

Только с железною дисциплиною мы победим! Только ею!

Спешите же с ответами, мои друзья по оружию и идее! Спешите, пока еще не поздно!

Командир Особого корпуса гражданин Ф. Миронов

РГВА. Ф. 192. Оп. 6. Д. 1. Л. 48. Типографский экземпляр; ЦА ФСБ РФ. С/д Н-217. Т. 4. С. 114. Типографский экземпляр.