Архив Александра Н. Яковлева

В данный тяжелый момент вся печать наполнена призывами и откликами на борьбу с злейшим врагом социальной революции — Колчаком.

В предписании мне от 28 марта за № 3044 Реввоенсов[ет] Южного фронта говорит: «Вследствие выясненного из разговоров с Главкомом затруднительного положения на Западном фронте, предписывается Вам... отправиться в г. Серпухов в распоряжение Главнокомандующего всеми вооруженными силами Республики т. Вацетиса»¹.

Отсюда я получил назначение на должность помкомандарма Беллитармии. Положение на фронте этой армии создалось еще затруднительнее, чем было.

Было бы большою смелостью с моей стороны допускать предположение, что я могу облегчить это затруднение при тех условиях, какие создались к нынешнему дню.

Быть наивным я тоже не хочу и открыто заявляю, что назначение помкомандармом я рассматриваю как ссылку с Дона, хотя я этого не заслужил. Тяжело только сознание, что зло восторжествовало надо мною еще раз. Но пока не в этом суть! Я осужден на бездействие. Я не стану оправдываться, ибо не знаю за собой вины, и глубоко убежден, что время меня оправдает.

Сейчас Восточный фронт требует активных работников.

В борьбе с Красновым я был счастлив. Прошу дать мне возможность испытать счастье в борьбе с Колчаком.

Я предлагаю себя Республике для партизанских действий на тыл Колчака и для захвата самого Колчака, или Правительства Сибири, а также для уничтожения больших штабов белогвардейцев. Я имею богатый боевой опыт русско-японской и германской войн². Мне часто приходилось выполнять задачи партизанского характера и в тылу противника.

В гражданской войне — работа моя Республике известна. Уверенный в себе и в успехе, хотя даже частичном, того дела, за которое я берусь, я льщу себя надеждою, что Республика позволит мне еще раз послужить социальной революции в любимой мною атмосфере.

Для моего большого дела необходим конный отряд в 2000–3000 человек и пехотный полк. Последний для образования пристани (см. отд. 3 п. 39 руководство Клембовского).

Создать такой партизанский отряд возможно на Дону, и я сделал бы это в кратчайший срок. Желательны отовсюду охотники-добровольцы, а особенно кавалеристы, отбывшие службу при прежнем строе.

Для отряда необходимы товарищи матросы-черноморцы, знающие Колчака.

«Испыток не убыток — спрос не беда!»

Если Республика согласится со мною — она создаст несокрушимую и живучую силу против Колчака, с которою ему придется считаться больше, чем можно допустить при поверхностном взгляде на это дело. Для завершения борьбы с Колчаком, когда ему придется уносить ноги восвояси, такой отряд тоже крайне необходим, и чем недлительнее будет борьба, тем больше она будет вырабатывать закаленных и самоотверженных борцов, которые потом пригодятся на мировой контрреволюционной арене.

Кто знает мою работу на Дону, когда я неоднократно окружался и, казалось, выхода нет, а станичники делили уже обещанные за мою поимку 200 000 руб., — тот поверит, что я не для пустой забавы поднимаю этот вопрос.

В № 111 газеты «Часовой», в обзоре военных действий 27 января с.г. противник говорит: «На Северном фронте противник спешит использовать нашу временную пассивность, происходящую вследствие перегруппировки войск, неналаженности тыла и связи. Миронов растет в глазах Троцкого все выше и выше, теперь он уже не корпусом командует, а группой, почему и старается оправдать доверие, каким он пользуется у большевицких властителей. Он старается задавить нас численностью, зная, что в данное время мы пока лишены возможности бить его искусными маневрами, всю тяжесть которых он не раз уже испытал».

Надеюсь, что после такой аттестации белых мне еще раз будет оказано доверие, на оправдание которого я приложу все силы³.

Помкомандарма Беллитармии Ф. Миронов

РГВА. Ф. 33987. Оп. 2. Д. 21. Л. 376–377. Подлинник.