Фонд Александра Н. Яковлева

Архив Александра Н. Яковлева

 
ГЕОРГИЙ ЖУКОВ
РАЗДЕЛ VI. ПРАВДА О ВОЙНЕ И МЕМУАРЫ МАРШАЛА
Документ №15

Запись беседы третьего секретаря посольства СССР в Великобритании Е.И. Кутузова с издателем А. Флегоном1



[Не позднее 12] июня 1968 г.


Секретно

1 июня с.г. встретился за ланчем с директором лондонского издательства «Флегон Пресс» А. Флегоном.

Флегон спросил, слышал ли я о том, что у него имеется копия мемуаров маршала Жукова.

Ответил, что читал об этом в лондонской вечерней газете и слушал переданное по Би-Би-Си интервью с ним. Добавил, что намерение опубликовать эти мемуары очень взволновало многих, в том числе и меня. Маршала Жукова уважают в СССР, он известен всему миру как опытный и заслуженный военный и государственный деятель. Сейчас он довольно стар, здоровье его уже пошатнувшееся и, естественно, что опубликование его вывезенных контрабандой на Запад мемуаров нанесет ему непоправимый ущерб. Нельзя также не учитывать, что опубликование их может нанести ущерб государственным интересам Советского Союза. Напомнил Флегону, что он неоднократно пытался убеждать меня в том, что он не является антисоветчиком и не хочет сделать никакого вреда Советскому Союзу.

Флегон внимательно и с заметным беспокойством выслушал то, что я сказал. Затем он заявил следующее.

Копия мемуаров Жукова не принадлежит ему, а купить он ее не может из-за отсутствия денег, поэтому он и опубликовывать эти мемуары не собирается.

Эту рукопись передал ему один человек для выгодной продажи какому-либо издательству. Имя этого человека по просьбе последнего он не может раскрыть ни при каких условиях. Флегон согласился их продать, так как ему будут отчислены проценты от суммы, вырученной за продажу. В настоящее время ряд европейских издательств предлагают за копию рукописи мемуаров 500 тысяч долларов. Флегон якобы заявил своим партнерам, что если Светлане Аллилуевой дали 3 млн. долларов, то мемуары маршала Жукова представляют не меньшую ценность, и он их не продаст за сумму, менее чем один миллион долларов. Возможно, эту рукопись купят в США за 1 млн. долл. в ближайшее время.

Еще раз сделал намек Флегону, что Жуков — это не какой-нибудь писатель Солженицын. Очень жаль старого маршала. Ему трудно будет перенести этот удар.

Выслушав мое замечание, Флегон сообщил, что он отказался от намерения опубликовать вторую часть повести Солженицына «Раковый корпус», ибо копия рукописи появилась в других издательствах, поэтому для него невыгодно издавать ее по финансовым соображениям. Продать же рукопись одному из американских издательств не удалось, так как это издательство отказалось от идеи издания «Ракового корпуса» по той причине, что Солженицын где-то заявил протест по поводу намерения опубликовать эту повесть за границей. Раз сам автор этого не хочет, то издательство не намерено поступать против желания автора.

Это сообщение Флегона прозвучало как намек на то, что Жукову следует заявить протест по поводу намерения опубликовать его мемуары за границей. По-видимому, Флегон именно для этого и сказал.

Далее Флегон спросил, что может быть Жуков будет доволен, если его мемуары опубликуют. Иначе непонятно, для чего он их писал.

Возразил Флегону, что Жуков не писал свои мемуары для опубликования на Западе, да еще путем неофициального, даже контрабандного вывоза копии из своей страны, которой он посвятил всю жизнь.

Флегон ответил, что, по его мнению, в Советском Союзе их не опубликуют по крайней мере в ближайшие годы, а если и опубликуют, то много будет выброшено цензурой. Его (Флегона) якобы интересуют только «проценты» от продажи мемуаров, а будут они опубликованы или нет и где, его это мало интересует.

Далее Флегон продолжал в том смысле, что ему нужна сделка с «Межкнигой»: ему — лицензию на продажу советской литературы, а он не будет издавать то, против чего будет Советский Союз (о чем он уже говорил ранее). В данном случае речь идет о том, что рукопись мемуаров не будет продана. «Мне нужны деньги и безразлично, откуда они пойдут — как проценты от продажи рукописи Жукова или как прибыль от продажи советских книг». Сейчас он продает советскую литературу, как он сказал, на свой страх и риск. Он считает, что делает благородное дело для Союза, пропагандируя советскую литературу и культуру.

По мнению Флегона, чем скорее «Межкнига» начнет переговоры с ним, тем лучше для обеих сторон.

Ответил Флегону, что вопросом торговли книгами у нас занимается, как он хорошо знает, «Межкнига». Затем спросил, не будет ли он возражать, если я передам наш разговор о мемуарах Жукова Посольству.

Флегон сказал, что напротив он был бы доволен, если бы я это сделал.

В заключение беседы он добавил, что много месяцев ждал переговоров с «Межкнигой» и ничего не публиковал, что могло бы быть встречено с неодобрением в Советском Союзе, но его надежды не оправдались. Он якобы был вынужден подготовить книгу о евреях в СССР, которая выйдет в ближайшее время. Он понимает, что эта книга не понравится Советскому Союзу, но он ждет большой финансовый эффект от ее продажи. Эта книга будет переведена на другие языки. Флегон считает, что за эту книгу на него будут в обиде и сами евреи. Он якобы не стал бы издавать этой книги при наличии нормальных отношений с «Межкнигой».

Флегон сообщил затем, что у него есть рукопись книги советского писателя Платонова «Котлован», которую он готовит к печати в своем издательстве. Кроме того, он ждет из Союза ряд рукописей Солженицына, в том числе его пьесу «Пир победителей».


Е. КУТУЗОВ

РГАНИ. Ф.5. Оп. 60. Д. 31. Лл. 150-152. Заверенная копия. Машинопись




Назад
© 2001-2016 АРХИВ АЛЕКСАНДРА Н. ЯКОВЛЕВА Правовая информация