Архив Александра Н. Яковлева

Протокол допроса свидетеля

10 декабря 1955 г. военный прокурор отдела Главной военной прокуратуры подполковник юстиции Н. Александров допрашивал нижепоименованного в качестве свидетеля с соблюдением статей 162–168 УПК РСФСР.

МИРОНОВ АЛЕКСАНДР НИКОЛАЕВИЧ, 1896 года рождения. Родился в д. Богомолка Кубино-Озерского района Вологодской обл., работает управляющим делами в Лаборатории измерительных приборов АН СССР, женат, русский, образование 6 классов, из батраков, ранее не судим, член КПСС с 1932 г., проживает по адресу: Большой Комсомольский пер., д. 5, кв. 5.

В соответствии со ст. 164 УПК РСФСР я предупрежден об уголовной ответственности по статьям 92 и 95 УК РСФСР за отказ от дачи показаний и за дачу ложных показаний.

По настоящему делу я могу показать следующее. В органах ВЧК–ОГПУ–НКВД–МВД–МГБ я состоял на службе с 1921 г. Во Внутренней тюрьме на разных должностях я служил с 1924 г. Вначале был старшим надзирателем, дежурным помощником начальника тюрьмы и начальником тюрьмы с 1937 г. по май 1953 г. В запас ушел полковником госбезопасности.

ВОПРОС: Скажите, с разрешения кого во Внутренней тюрьме МВД СССР¹ применялось физическое воздействие в период производства предварительного следствия в отношении арестованных?

ОТВЕТ: Во Bнутренней тюрьме МВД СССР бить арестованных начали в декабре 1952 г., а до этого от нас работники² направлялись в Лефортовскую тюрьму с 6 ноября 1952 г. по указанию заместителя министра государственной безопасности РЮМИНА и его заместителей. Также с этого времени применялись и наручники в период производства предварительного следствия в отношении арестованных. В отношении каждого человека было указание того или иного заместителя министра. Учет применения физического воздействия к арестованным мы вели в тюрьме. Но в отношении каждого арестованного на каждый конкретный случай имелось разрешение от заместителя министра соответствующего, т.е. который наблюдал за определенными управлениями. Применяли непосредственно физическое воздействие работники тюрьмы: были вовлечены два человека — БЕЛОВ И КУНИШНИКОВ — лейтенанты. Они из органов были уволены вместе со мной. Били арестованных резиновыми палками. Что касается применения наручников к арестованным, то я вел список с указанием, кто назначил наручники и на сколько суток. Назначал наручники только заместитель министра, который наблюдал за соответствующим управлением. Список о применении наручников хранился в столе у дежурного. Когда я был уволен, да еще в марте 1953 г. прекратили применение наручников, список был передан в канцелярию тюрьмы.

ВОПРОС: Скажите, арестованного ЭЙДУСА, который числился за 2-м Главным управлением МГБ СССР, вы помните? Применяли ли в отношении его в феврале 1953 года наручники и с чьей санкции?

ОТВЕТ: Я не помню арестованного ЭЙДУСА. Осмотрев предъявленный мне фотоснимок, я его не помню. Также не помню, применяли ли к нему наручники. Поскольку ЭЙДУС числился за 2-м Главным управлением, и если к ЭЙДУСУ применялись наручники, то с санкции бывшего тогда заместителем министра государственной безопасности, наблюдавшим за 2-м Главным управлением, РЯСНЫМ, он же был и начальником 2-го Главного управления.

Снятие наручников происходило по указанию соответствующего следователя. После прочтения протокола уточняю, что сроки применения наручников к арестованным заместителем министра не указывались. Когда только начали применять наручники, то бывший заместитель министра ГОГЛИДЗЕ дал указание, что наручники в дневное время одевать в положении рук сзади, а в ночное время — спереди. О применении наручников и избиения в отношении определенных арестованных мне обычно звонили начальники следственных отделов управлений. В каждом конкретном случае я проверял эти указания, звонил соответствующим заместителям министра. Убедившись, что указание исходит от заместителя министра, я давал указания надеть наручники или провести избиение. При применении физического воздействия к арестованным я все время присутствовал, а наручники надевали в первое время в моем присутствии, а потом непосредственно исполнители — дежурные по тюрьме.

Больше всего указаний о применении наручников и избиении арестованных давал ГОГЛИДЗЕ, он тогда был первым заместителем министра и в связи с болезнью ИГНАТЬЕВА — министра замещал его. Также [указания] давали и другие заместители, в том числе и РЯСНОЙ, как на применение избиения, так и применение наручников.

Больше по делу показать ничего не знаю.

С моих слов записано верно и мне прочитано.

МИРОНОВ

Военный прокурор отдела Главной военной прокуратуры
подполковник юстиции Н. АЛЕКСАНДРОВ

Копия верна:

подлинник хранится в материалах проверки по делу ЭЙДУСА Я.А.

(№ М-5244): НП 3524-53.

РГАСПИ. Ф. 589. Оп. 3. Д. 6913. Л. 28–28. Копия.