15.02.1992

«Возможно, мне мстят те же люди»

Известия, 15 февраля 1992 г. Беседу вел А. Остальский.

Международное коммунистическое движение было «совершенно искусственным, нежизнеспособным образованием, спасаемым в значительной мере деньгами КПСС», — вот почему оно так легко развалилось, считает Александр Яковлев.

А его безусловно можно считать экспертом в этом вопросе — пусть и недолго, но все же он в качестве секретаря ЦК КПСС курировал Международный отдел — тот самый, что в числе прочих своих дел занимался и тайным финансированием зарубежных компартий. За полтора года Яковлеву, по его словам, удалось добиться уменьшения ассигнований на эти замечательные цели с примерно 25 до приблизительно 12 миллионов долларов в год, и будь его воля — прекратил бы эти незаконные выплаты вовсе. Но не успел, не смог преодолеть глухое сопротивление десятилетиями функционировавшей, отлаженной системы.

«Коммунистическое движение было необходимо прежде всего для того, чтобы оправдывать систему власти в нашей стране, а также чтобы продвигать идею “мировой революции”, в которую некоторые, как ни странно, еще верили. Этими миллионами оплачивались славословия лидеров коммунистических партий на съездах КПСС», — считает Александр Яковлев, и ему кажется странным и несправедливым, что на него кто-то возлагает теперь ответственность за финансовые вливания, искусственно продлевавшие жизнь комдвижения. «Я даже первых секретарей компартий зарубежных не принимал почти никогда, этим все больше Лигачев занимался... А на меня жаловались — что это такое, дескать, секретарь по международным делам, а коммунистических лидеров принимать не желает... Меня шесть лет на всех съездах и пленумах обвиняли в том, что я вместе с Шеварднадзе и Горбачевым развалил коммунистическое движение... И в каком-то смысле это так и есть. Но только отчасти. Что это за сила такая, что это за “движение”, которое в считанные годы могут развалить два-три человека?»

«Помните митинги “в защиту армии” год назад? Помните плакаты, мне посвященные? На одном — я в ракурсе прицела, с надписью: “На этот раз не промахнемся!” И еще один со словами: “Яковлев — агент ЦРУ”. Оба были выполнены далеко не кустарно. Как я доподлинно узнал теперь, оба эти плаката были изготовлены в КГБ — с санкции “высокого чекистского начальства”. И несли их на демонстрации тоже работники КГБ.

Только что на Манежной площади опять звучали те же обвинения в мой адрес. Это — нападки справа, и я не собираюсь ни спорить с этими людьми, ни как-то оправдываться. Но когда по поручению демократической власти меня начинают пугать допросами... Я вот дожил до того, что мне звонят домой и говорят: “Ну что, допрыгался, и тебя теперь на суд потащат?” Такой благодарности я от демократической власти не ожидал».

— Насколько секретным было распределение средств? Знали ли Вы о существовавшей системе до того, как стали курировать Международный отдел?

— Я впервые узнал об этих выплатах, будучи послом в Канаде. И то лишь потому, что резидент КГБ поделился со мной этим секретом. Канадская компартия была ничтожно маленькой, не имевшей никакого влияния. Поэтому, видимо, и деньги, предоставляемые КПСС, были невелики.

— Насколько, по Вашим данным, компартии контролировались КГБ?

— По-моему, практически не контролировались. КГБ в этом отношении просто использовался для секретной передачи денег, выделенных ЦК КПСС. В контроле КГБ над компартиями не было никакой нужды. Напротив, для КГБ связь с этими людьми была опасной.

— А Международный отдел ЦК? Там были люди из КГБ?

— Нет, насколько я знаю. Вообще, долгое время существовало положение, запрещавшее брать на работу в ЦК людей из КГБ. Только потом, когда образовался Отдел международной информации, для него последнее положение почему-то было отменено. Но вообще я на собственном опыте убедился в том, что КГБ — это государство в государстве, огромная сила, способная уничтожить кого угодно. Весь вопрос только во времени. В тридцатые годы это делалось за считанные часы. В наше время на меня им времени не хватило. Немного не хватило. После провала путча мне показали бумагу, где я фигурирую как глава какой-то вымышленной конспиративной организации демократов, и у меня там какая-то дурацкая кличка — «Папа»... Почему «Папа», бог его знает... И это донесение какого-то якобы серьезнейшего агента! Вот что сочиняли. И теперь я думаю: кому это нужно сейчас — приписывать мое имя к истории «денег КПСС»? И не могу избавиться от ощущения, что это те же самые силы, те же самые люди мстят мне теперь за свое поражение.


Назад